Почему кесарево сечение так называется, откуда пошло такое название?

Все мы знаем медицинский термин «кесарево сечение» или «кесарское сечение». То есть когда роды происходят не естественным путем, а с помощью разреза брюшной полости.

Почему этот разрез называется «кесаревым»? Потому, что по некоторым сведениям именно таким способом был рожден Юлий Цезарь или Юлий Кесарь. Например, в старой русской Палее читаем: «Царство первоначалное Римское Иулия Кесаря.

В третье лето царства Клеопатрина нача в Риме царствовати Иулий Кесарь рекомый ВЫПОРОТОК» [625:1], лист 254.

Прозвище «выпороток» очевидно означает, что он был «выпорот» из чрева матери. То есть вынут при помощи медицинской операции, путем разреза. Чрево было разрезано, распорото. Отсюда и пошло «кесарево сечение».

Но с другой стороны, про Христа тоже сохранились такие сведения. Хотя сегодня и мало известные, но четко выраженные в канонической церковной службе. Например, в старом церковно – славянском троичном каноне второго гласа, читаемом по воскресеньям на полунощнице.

Ирмос девятой песни этого канона звучит так: «Яже прежде солнца светильника Бога восиявша, плотию к нам пришедша ИЗ БОКУ ДЕВИЧУ, неизреченно воплотившая (вариант: вочеловечыпася), благословеная чистая: Тя Богородице величаем» [537:2], с. 66; [537:3], с. 134.

Вот перевод на современный русский язык: «Того, который прежде Солнца – Божьего светильника – воссиял, и во плоти пришел ИЗ БОКА ДЕВИЧЬЕГО, неизреченно воплотившая, благословенная и чистая, Тебя Богородица величаем».

Слова: «пришел плотью из бока девичьего» трудно понять иначе, как рождение кесаревым сечением от Девы. То есть Рождество Христа от Богородицы Девы.

Рождение Христа кесаревым сечением оставило свой след не только в богослужебных текстах Православной церкви. Об этом событии много говорили в средние века, и отсюда вырос целый куст различных мнений, предположений, мифов.

Первое, что следует отметить, это – утверждение православной догматики, что Богородица ОСТАЛАСЬ ДЕВОЙ И ПОСЛЕ РОЖДЕСТВА. Такие слова прямо присутствуют в православном богослужении, см. выше.

Кроме того, данная тема подробно обсуждается в так называемых апокрифах.

Поясним, что до XVII века в христианском мире бытовало много различных произведений, рассказывавших о Христе. В XVII веке новая власть запретила их и объявила «апокрифами». При этом многие из них еще в XVI веке считались вполне каноническими произведениями.

Они входили в авторитетные церковные сборники, переписывались в монастырях наряду с четырьмя каноническими Евангелиями, творениями святых отцов и христианскими поучениями. Одним из приемов очернения «неудобных текстов» в XVII веке стал следующий.

Некоторые из «раздражающих источников» стали именовать «Евангелиями» (хотя в церковно – славянской традиции они так не назывались). Например, произведения, приписываемые апостолу Фоме, начали называть «Евангелием от Фомы». Идея понятна. Реформаторы достигали следующей цели.

В христианском мире все хорошо знали, что на одном из вселенских соборов были выделены четыре канонических Евангелия, предназначенных для богослужения. Евангелия – это тексты, которые следовало читать в церкви. Они, ясное дело, должны быть официально утвержденными. В этом смысле остальные «Евангелия» были отвергнуты.

Но это вовсе не означало, что они отвергались вообще. Они могли оставаться так называемыми чтительными книгами. Их можно было держать дома, переписывать. Но лукавые реформаторы, приклеивая к тому или иному не устраивающему их старинному тексту название «Евангелие», автоматически подводили его под графу «неправильных, запрещенных Евангелий».

Обратимся к так называемому «Первоевангелию Иакова». «И нашел (Иосиф – Авт.) там пещеру… И явился Новорожденный, вышел и взял грудь матери своей Марии. И воскликнула бабка… и вышла она из пещеры и встретила Саломею, и сказала ей: Саломея, Саломея, я хочу рассказать тебе О ЯВЛЕНИИ ЧУДНОМ: РОДИЛА ДЕВА И СОХРАНИЛА ДЕВСТВО СВОЕ» [307], с. 217.

Вот еще один текст, так называемое «Евангелие Псевдо-Матфея». «И когда Зелома приблизилась к Марии… воскликнула громким голосом: Я никогда не подозревала и не слышала ничего подобного: грудь Ее полна молока и у Нее Дитя мужского пола, ХОТЯ ОНА ДЕВА. Ничего нечистого не было при зачатии И НИКАКОИ БОЛЕЗНИ В РОЖДЕНИИ. Девой она зачала, ДЕВОЙ ОНА РОДИЛА, И ДЕВОЙ ОНА ОСТАЕТСЯ» [307], с. 243.

Столь настойчивое утверждение источников, что Богородица ОСТАЛАСЬ ДЕВОЙ ПОСЛЕ РОЖДЕНИЯ прекрасно соответствует рождению Христа кесаревым сечением.

Оказывается, о Христе написано также и в Талмуде. Впрочем, «представленный Талмудом образ Иисуса составлен из разного рода иудейских преданий, высказываний раввинов и просто слухов… Считается, что Иисус фигурирует в Талмуде под различными именами. Несколько раз упоминается… «ИИСУС, СЫН ПАНТИРЬГ… Загадку представляет происхождение имени «сын Пантиры»» [307], с. 301–302.

По поводу ПАНТИРЫ комментаторы пишут: «Этимология нееврейского имени Pantira давно занимала исследователей… Была выдвинута версия, что имя Пантера (Пантира) возникло в результате лингвистической ошибки как неправильная передача греческого слова «парфенос» – «дева»» [307], с. 305.

По нашему мнению, греческое слово ПАРФЕНОС или ПАРТЕНОС, то есть ДЕВА, – а именно так звучит слово ДЕВА в греческих Евангелиях [307], с. 305, – появилось в христианской традиции как воспоминание о кесаревом сечении при рождении Христа.

ПАРТЕНОС произошло от славянского слова ПОРОТЬ, в смысле распарывать, рассекать тело при кесаревом сечении. Более того, возможно, здесь содержится смысл не только РАСПАРЫВАТЬ, но и 3АШИВАТЬ, поскольку ПАРТЕНОС напоминает слово ПОРТНОЙ, то есть человек, который порет и зашивает.

Ясно, что врач, делающий кесарево сечение, должен затем зашить рану.

https://www.youtube.com/watch?v=olfxHFRP0sI

А талмудическое ПАНТИРА, скорее всего, происходит (как и ПАРТЕНОС) от того же славянского ПОРОТЬ, ПОРТНОЙ. Поэтому авторы XIX века, сближающие данное слово с ПАРТЕНОС, были правы.

Но тогда сразу в памяти всплывает известный миф о рождении «древнейшей» богини Афины «через разрез из головы Зевса». Уже давно исследователи обращали внимание на тождество «древне»-греческой Афины Партенос со средневековой христианской Афинской Богородицей.

В средние века знаменитый афинский Парфенон (то есть храм Афины Партенос) был ничем иным как храмом Девы Марии Партенос [2t1J, гл. 1. Кроме того, Афину называли также ПАЛЛАДОЙ. Слово Паллада означает ДЕВУШКА.

«Древне»-греческие мифы постоянно подчеркивают, что Афина была ДЕВОЙ [196:1], с. 60, 112, 114.

Так что христианское происхождение мифа о рождении Афины становится весьма прозрачным. «Зевс… проглотил свою беременную супругу и затем при помощи Гефеста (или Прометея), расколовшего ему голову топором, сам произвел на свет Афину, которая появилась из его головы в полном боевом вооружении и с воинственным кличем» [533], т. 1, с. 126.

Сквозь фантастические детали явно проглядывает рождение Иисуса кесаревым сечением от Девы. Здесь Дева = Афина «поменялась местами» с Иисусом = Зеусом: не Дева рождает Иисуса, а Иисус (Зеус = Зевс) рождает Деву. Разрез при кесаревом сечении в «греческом» мифе сохранился полностью, но «переместился» на голову бога.

Кстати, тут упоминается и еще одно лицо – врач, сделавший разрез. Названный Прометеем или Гефестом.

Этот «античнейший» греческий миф мог возникнуть при разглядывании православной иконы «Успение Богородицы», рис. 9 [ЦРС], гл. 2. Богородица лежит на смертном одре, а над ней стоит Христос и держит в руках, на уровне своего плеча, маленькую, запеленутую в белую ткань фигурку Богородицы.

Почему кесарево сечение так называется, откуда пошло такое название?

Рис. 9. Русская икона «Успение Богородицы». XIII век [462], икона 11

Конечно, человек хорошо разбирающийся в иконописи, знает, что маленькая фигурка изображает здесь душу Богородицы. Но простой человек, а тем более заезжий издалека и слабо знакомый с иконописной традицией, вполне может воспринять такое изображение как рождение маленькой Девы от взрослого Бога. Дальше уже работала фантазия.

Поскольку девочка нарисована близко от головы Христа, «значит, рождена из головы». И так далее. Приехав домой, в «античную» Грецию XIV–XVI веков из далекой столицы Великой = «Монгольской» Империи, восхищенный путешественник стал делиться со своими согражданами «глубокими познаниями» о жизни олимпийских богов на далеком Олимпе.

Так мог родиться «античный» миф. Именно Русь считалась «Домом Богородицы», поскольку на Руси Дева Мария провела значительную часть своей жизни и здесь же умерла [ХР]. Поэтому первоначально изображения «Успения Богородицы» появились на Руси.

А затем, по мере распространения христианства на Западную Европу, там тоже появились изображения, вдохновленные этими православными иконами.

Но вернемся к Зевсу.

Оказывается, он родил не только Афину из головы, но и Диониса=Бахуса ИЗ БЕДРА: «Зевс, приняв вид смертного, имел тайную любовную связь с Семелой («Земля»)… Гера… посоветовала Семеле, которая уже была на шестом месяце беременности, поставить своему таинственному возлюбленному условие: пусть он… предстанет в своем истинном обличии… Он предстал перед ней в грохоте грома и сверкании молний и испепелил ее. Гермесу, однако, удалось спасти ее шестимесячного недоношенного сына. Гермес ЗАШИЛ РЕБЕНКА В БЕДРО ЗЕВСА, И ТОТ, ПО ИСТЕЧЕНИИ ТРЕХ МЕСЯЦЕВ, В ПОЛОЖЕННЫЙ СРОК ПРОИЗВЕЛ ЕГО НА СВЕТ.

Вот почему Диониса называют «дважды рожденный» или «дитя двойных дверей»» [196:1], с. 69.

В этом мифе, как и в иудейских текстах, Христос как бы рождает сам себя из бедра. Здесь Зевс = Зеус – это Иисус, а Дионис = Бог Никейский – тоже Иисус. Комментаторы объясняли подобные параллели якобы заимствованием основных положений христианства из более древних языческих верований. Но в новой хронологии картина – обратная.

Языческие культы были вариантами христианства, распространенными в средние века. Кроме основной струи христианства существовали различные его течения и секты. Их потом и объявили «древнейшими языческими» религиями. А затем, уже в XIX веке, с удивлением обнаружили, что они подозрительно похожи на христианство.

Появилось широкое поле деятельности для «научного объяснения» этого феномена.

Приведенные примеры (многие другие указаны в наших книгах «золотой серии» Б) показывают – насколько широко распространился миф, основанный на кесаревом сечении при рождении Христа. Это событие породило массу разнообразных версий, причем в отдаленных друг от друга местах, и на разных языках.

Читайте также:  Как лечить ячмень на глазу у ребенка в домашних условиях: быстрые способы терапии чирей

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Золотое сечение

Лариса Ракитина о древнейшей операции, дающей начало новой жизни

Какие еще операции могут похвастаться тем, что любому, даже далекому от медицины человеку, известно их название? И почти все знают, почему кесарево сечение так называется. Вернее, думают, что знают. С «сечением» всё понятно, а вот с «кесаревым» — не очень. Согласно самой распространенной версии, слово «кесарь» восходит к имени древнеримского императора Гая Юлия Цезаря (102 (100) — 44 гг. до н. э.). По легенде, его мать Аврелия умерла в родах, но будущий великий полководец был извлечен из ее тела посредством ­операции.

Однако этому объяснению противоречат сведения о том, что Аврелия принимала активное участие в жизни Цезаря и, например, способствовала его разводу с неверной женой.

К тому же Гай Юлий Цезарь был не единственным кесарем в истории.

При одном из них, Нуме Помпилии, жившем еще в VII веке до нашей эры, кстати, был принят закон, обязывающий врача извлечь ребенка путем чревосечения из тела умершей беременной ­женщины.

  • Так что связь имени Гая Юлия Цезаря с названием операции — скорее всего, ­легенда.
  • По менее романтической версии, «кесарево сечение» — всего лишь дословный перевод латинского «sectio caesarea», то есть «режу рассеченное», и означает просто этапы операции: разрез передней брюшной стенки и затем разрез стенки ­матки.
  • История этой древнейшей хирургической операции, которая раньше почти неизбежно заканчивалась смертью роженицы, а теперь спасает многие тысячи жизней — яркая иллюстрация того, каких огромных успехов добилась ­медицина.

В современном акушерстве в случае внезапной смерти беременной также показано кесарево сечение.

Американский автор Марк Пирлман в книге «Неотложные состояния в акушерстве и гинекологии: диагностика и лечение» (2009) отмечает, что извлечение плода в такой ситуации повышает эффективность проводимых реанимационных процедур, и описывает случай, когда младенец выжил после кесарева сечения, проведенного через 30 минут после смерти ­матери.

Крайняя мера

Первый этап в истории кесарева сечения (приблизительно до 1500 года нашей эры) выглядит как мифический. Среди разнообразных легенд и преданий сложно выделить достоверные сведения о показаниях к операции, технике ее проведения и ­исходах.

И в западном, и в восточном фольклоре есть рассказы об успешном хирургическом родоразрешении, в том числе и у женщин, которые в дальнейшем жили и здравствовали. Упоминания о кесаревом сечении есть в исторических документах Индии, Египта, Римской империи, Греции и Китая.

Дневнееврейский Талмуд довольно подробно регламентирует юридические тонкости и поведение роженицы в таком случае. Например, запрещалось определение первородства, если близнецов извлекают из утробы матери хирургическим путем.

А перенесшим кесарево женщинам полагалось выполнять специальные очистительные ­ритуалы.

  1. Как сказал ­поэт:
  2. «На свет не как все он родится, но так,
  3. Как будет угодно подателю ­благ.
  4. Вели принести закаленный клинок,
  5. Пусть опытный делу поможет ­знаток.
  6. Красавицу крепким вином опьяни,
  7. От сердца тревогу и грусть ­отгони.
  8. Увидишь, как ловко рука мудреца
  9. Сумеет извлечь удальца из ­ларца.
  10. Он чрево прекрасной ножом рассечет,
  11. Но боль до сознанья ее не ­дойдет.
  12. Исторгнет он львенка, и кровь под рукой
  13. Из раны горячею хлынет ­рекой.
  14. И то, что разрезал, он тут же ­зашьет.
  15. И сбросишь ты страха и горести ­гнет».
  16. Персидский исторический эпос «Шахнаме», поэт Фирдуоси, Х ­век. 
  17. Автор перевода: Цецилия Бану

Однако, рассказы тех веков о кесаревом сечении, после которого и мать и ребенок живы-здоровы — это, скорее всего, фантазии, выдающие желаемое за действительное.

Изначально целью операции было извлечение плода из тела погибающей или умершей женщины. Во все времена жизнь матери была приоритетнее жизни младенца, а шансов выжить после полостной операции тогда было немного.

И на такой шаг решались, только если женщина была безнадежна или уже ­погибла.

Но медицина двигалась вперед, и попытки спасти не только ребенка, но и мать, которые наверняка предпринимались и раньше, периодически стали достигать ­успеха.

Официальные первопроходцы

Доподлинно неизвестно, кто и когда впервые сделал кесарево сечение на живой женщине. Одно из первых письменных свидетельств об успешном исходе такой операции датируется 1500 годом нашей эры.

Специализировавшийся на стерилизации животных швейцарский ветеринар Якоб Нуфер сделал кесарево сечение собственной жене, которая несколько дней не могла разродиться первенцем.

Операция якобы прошла удачно, все остались живы, жена впоследствии неоднократно рожала, а «кесаренок» дожил почти до 80 ­лет.

Однако конкретная акушерская ситуация и техника операции не описаны. Потому уверенно утверждать, что Нуфер сделал именно кесарево сечение, а, например, не симфизиотомию, ­нельзя.

Кроме Нуфера, на звание первопроходца претендует итальянский хирург Христиан Байон (1540 год); есть сведения, что операция была выполнена неизвестным врачом в 1350 году в Швабии у женщины, приговоренной к смертной казни.

Точно известно, что кесарево сечение было произведено немецким хирургом Траутманном в 1610 году — об этом была сделана запись в рукописной истории города Виттенберга. Ребенок выжил, мать умерла через месяц после ­операции.

В XVI веке типичным доступом при кесаревом сечении был разрез передней брюшной стенки по латеральному краю прямой мышцы живота. Потом перешли на нижнесрединную лапаротомию, а с начала XX века стал применяться поперечный разрез по Пфанненштилю, обладающий косметическими преимуществами и менее чреватый формированием послеоперационных ­грыж.

Случай жены Якоба Нуфера описывается в изданной в 1582 году книге французского хирурга Франсуа Руссо «Caesarei partus assertio historiologica», посвященной технике корпорального кесарева сечения и показаниям к нему.

Руссо был сторонником и пропагандистом абдоминального родоразрешения при возникновении осложнений в родах. Зашивать матку и переднюю брюшную стенку автор не рекомендовал, полагая, что швы являются причиной кровотечения и нагноительных осложнений.

И еще многие годы раны матки и передней брюшной стенки после операции кесарева сечения не ушивались. Учения об асептике и антисептике еще не существовало, представления об анатомии и физиологии человека были отрывочными и поверхностными, хирургическая техника — грубой и неотработанной.

Считалось, например, что инфекция во время операции проникает в брюшную полость из воздуха, и поэтому предлагалось оперировать в условиях заполнения брюшной полости водой. Естественно, всё это приводило к ужасающим результатам, роженицы, как правило, погибали во время операции.

Те, кто выживал после кровопотери, позднее умирали от инфекционных осложнений. Материнская смертность при таком вмешательстве, по данным, приведенным в книге Игоря Мирова «Кесарево сечение», составляла 73–100 %.

В Париже за период между 1787 и 1876 годом — почти за 90 лет! — после кесарева сечения не выжила ни одна ­женщина.

А. Н. Стрижаков, О. Р. Баев.

Хирургическая техника операции кесарева сечения. М., 2007

Неудивительно, что противников кесарева сечения среди медиков было много, например, знаменитый Амбруаз Паре с учениками выступал против этой операции из‑за ее полной бесперспективности для ­матери.

Оттачивание мастерства

Развитие анатомии, а позже, в XIX веке, появление асептики, антисептики и анестезии стали предпосылками качественно нового этапа в истории кесарева ­сечения.

Однако внедрение антисептических принципов, позволившее кардинально уменьшить частоту септических осложнений в хирургии и после самопроизвольного родоразрешения, незначительно снизило летальность после кесарева сечения.

Все равно умирало более 50 % прооперированных. Необходимо было совершенствование хирургической техники.

И, получив возможность справляться с послеоперационной инфекцией, врачи смогли заняться совершенствованием техники ­операции.

В 1876 году российский хирург Георгий Рейн и одновременно итальянский профессор Эдуард Порро независимо друг от друга предложили после извлечения ребенка выполнять надвлагалищную ампутацию матки в целях профилактики кровотечения и развития послеродового сепсиса. Хотя такая операция технически сложнее классического кесарева сечения, это снизило летальность до 25 %. Но методом выбора операция Рейна-Порро не стала, как калечащая для женщин репродуктивного ­возраста.

Следующим большим шагом в разработке оперативной техники стала идея о необходимости ушивания раны матки. Накладывать швы на матку пробовали многие хирурги, но делалось это бессистемно и в основном с гемостатической целью. Рубец формировался тонким и ­ненадежным.

В 1882 году немецкий врач Макс Зенгер предложил зашивать рану матки двухэтажным перитонизирующим (то есть восстанавливающим непрерывность висцеральной брюшины) швом. Такой шов обеспечивал хорошую изоляцию полости матки от свободной брюшной полости и снижал риск послеоперационного ­перитонита.

В последующем разные врачи опытным путем пришли к тому, что более выгоден поперечный разрез матки в нижнем сегменте, и такая методика проведения операции к началу ХХ века вытеснила классическое кесарево сечение, при котором делается продольный разрез в области тела матки. В наши дни классическое кесарево сечение выполняется крайне редко.

Например, в случае малого кесарева сечения, на сроке до 28 недель, когда нижний маточный сегмент еще не развернут и необходимо максимально бережно извлечь плод. Или при миоме матки с низким расположением узла.

Классическое кесарево сечение может также применяться при врастании предлежащей плаценты в тех редчайших случаях, когда матку не ­удаляют.

Оно и в Африке кесарево

Интересно, что кесарево сечение не было чисто европейским изобретением.

Историк медицины Михаил Лахтин в книге «Этюды по истории медицины» (1902) приводит рассказ английского путешественника XIX века Фелькина об операции абдоминального родоразрешения, выполненной местным целителем в 1879 году в Уганде. В качестве анестетика и антисептика использовалось банановое вино. Оператору помогали два ­ассистента.

Гемостаз достигался прижиганием, матка массировалась с целью сокращения, но рана ее не ушивалась. Разрез передней брюшной стенки был скреплен металлическими стержнями и закрыт повязкой с пастой из разжеванных корений. По словам очевидца, пациентка ­поправилась.

Читайте также:  Растяжки при беременности: когда появляются, внешний вид с фото, способы избежать, как убрать

Знаменитая история выглядит очень интересной и широко растиражирована. Жаль, что мы не имеем возможности узнать, насколько достоверен рассказ ­путешественника.

Техника кесарева сечения все больше совершенствовалась, операция становилась все более рутинной и в ХХ веке стала выполняться не только экстренно, но и в плановом порядке.

А любое плановое вмешательство значительно благоприятнее в смысле исхода, чем ургентное.

Если в прошлом кесарево сечение производилось только по абсолютным показаниям, то есть при невозможности родоразрешения естественным путем, то теперь кесарево стали делать и при относительных ­показаниях.

Бурное развитие анестезиологии, расширение возможностей инфузионной терапии, появление антибиотиков, нового шовного материала, обладающего преимуществами перед классическими шелком и кетгутом, способствовали дальнейшему снижению летальности и частоты послеоперационных ­осложнений.

В наше время мы наблюдаем не всегда оправданное расширение показаний к кесареву сечению и увеличение частоты этого вмешательства. В 40–50‑е годы XX века на долю кесарева сечения приходилось 3,5–4 % случаев родов в мире. В 70–80‑е годы — 4–5 %, и этот процент продолжает расти. В США в настоящее время он достигает 15–27 %, в России — превышает 18 %.

В России первое кесарево сечение с благоприятным исходом для матери было выполнено профессором московского университета Иоганном Фридрихом Эразмусом в 1756 году. До 1880 года в нашей стране было выполнено всего 12 таких ­операций.

Профессор Омского медицинского института Александр Пономарев в статье «Кесарское сечение в России» (1925 год) приводит такую статистику: с 1759 по 1918 год в России произведено 805 кесаревых сечений у живых женщин. Летальность колебалась от 73 % после классического кесарева сечения до 11 % после операции по ­Зенгеру.

Плюсы кесарева ­сечения:

  • снижение перинатальной ­смертности;
  • отсутствие разрывов и швов промежности и шейки ­матки;
  • нет растяжения связочного аппарата и опущения тазовых ­органов.

Минусы ­операции:

  • повышение материнской смертности по сравнению с родами через естественные родовые ­пути;
  • более высокая частота гнойно-септических ­осложнений;
  • увеличение стоимости акушерской ­помощи;
  • прогрессивно увеличивающееся количество женщин репродуктивного возраста с оперированной маткой, что может приводить к разрыву матки по рубцу при новой ­беременности.

Опасаясь последнего из перечисленных минусов, многие акушеры до сих пор придерживаются мнения: «Одно кесарево сечение — всегда кесарево сечение».

А некоторые роженицы на волне модной в наши дни «естественности» к повторному кесареву относятся негативно и, получив в родильном доме отказ принимать роды естественным путем, сознательно идут даже на домашние роды, подвергая себя и ребенка большому риску.

Сегодня, впрочем, всё большее количество специалистов пускают женщин, перенесших кесарево, в роды через естественные родовые пути и получают хорошие ­результаты.

Причина увлечения оперативным родоразрешением, несмотря на перечисленные риски, кроется, во‑первых, в акушерской некомпетентности, когда врач вместо активно-выжидательной тактики идет на операцию, которая завершает роды за один час.

Стоит также признать, что акушерам (особенно в коммерческой медицине) случается идти на поводу у рожениц, которые боятся естественных родов и настаивают на кесаревом сечении.

Хотя вопрос о нем должен решаться исключительно на основании медицинских показаний и ­противопоказаний.

Страницы истории «кесарева сечения»

Для цитирования: Горелова Л.Е. Страницы истории «кесарева сечения». РМЖ. Мать и дитя. 2008;19:1292.

До сих пор история кесарева сечения остается окутанной тайной мифов. Согласно греческой мифологии Аполлон извлек Асклепия из живота его мертвой матери.

Большое количество ссылок на кесарево сечение имеется в истории древнего Египта, Индии, Китая, Греции, Римского государства. С историей Древнего Рима и связывают происхождение термина «кесарево сечение». А именно с именем Гая Юлия Цезаря (100–44 гг.

до н.э.), великого полководца и политика, получившего от Римского Сената титул императора.

Еще с античных времен бытует легенда, что мать Цезаря, Аврелия, при родах умерла, но ребенок был извлечен из нее живым посредством оперативного вмешательства – кесарева сечения. При всей недостоверности этого объяснения есть сведения, что при Цезаре был принят закон, делавший обязательной в случае смерти роженицы попытку спасения ребенка путем рассечения брюшной стенки и матки и извлечения плода. До XVII века эта процедура называлась кесаревой операцией. Термин «кесарево сечение» ввел в 1598 г. Жак Гилльмо в своей книге об акушерстве. Первые сведения относительно выживших при кесаревом сечении матери и ребенка пришли из Швейцарии, где в 1500 г. кастратор свиней Якоб Нуфер осуществил операцию у своей жены. После нескольких дней родов и помощи 13 акушерок женщина была не в состоянии родить своего ребенка. Ее отчаявшийся муж, в конечном счете, получил разрешение от старейшин на попытку кесарева сечения. Мать выжила и в последующем нормально родила еще 5 детей, включая двойню. Кесаренный младенец прожил до 77 лет. Развитие анатомии послужило в дальнейшем существенным стимулом в становлении хирургии и операции кесарева сечения в том числе. В течение XVI–XVII–го веков появилось большое количество работ, в деталях иллюстрировавших анатомию человека, в частности женского таза. Однако, во многих странах, которые были далеки от цивилизации и не знали анатомии, кесарево сечение проводилось успешно. Европейские путешественники неоднократно рассказывали о случаях успешного проведения кесарева сечения, например, в Африке. Самое интересное описание операции кесарева сечения принадлежит Фелькину, который наблюдал его в 1879 году в Кагхуре (Уганда): «…На банановых листьях лежала женщина 20 лет, полуоглушенная банановым вином. Этим же вином местный лекарь омыл руки, место будущего разреза и нож. Молниеносный разрез от пупка до лонного сращения вызвал пронзительный крик женщины. После выделения вод и дополнительного надреза матки приступили к удалению младенца, перевязке пуповины… а затем – к удалению места. Каленым железом края раны были соединены семью полированными железными стержнями при участии нитей с наложением повязки. На одиннадцатый день – выздоровление». В Европе, начиная с эпохи Возрождения, акушерство все больше превращалось из ремесла в отрасль медицинской науки. Как известно, вплоть до конца XIX в. медицинское образование было доступно только мужчинам. Однако, согласно одному из первых вполне достоверных свидетельств, успешное проведение кесарева сечения принадлежит женщине. Переодевшись мужчиной, англичанка Джеймс Миранда Стюарт Бэрри завербовалась в Южную Африку в качестве военного врача. Именно там она и провела операцию кесарева сечения – где–то между 1815 и 1821 гг. Развитие кесарева сечения было непосредственно связано с успехами общей хирургии. Новая эра в хирургической практике началась в 1846 г., когда дантист Т. Мортон применил эфир при удалении опухоли на лице. Этот способ анестезии быстро распространился по Европе. В акушерстве метод также приобрел распространение, особенно после того, как хлороформ применили при родах у королевы Виктории при рождении двух ее детей (Леопольда в 1853 г. и Беатрис в 1857 г.). После того, как анестезия, антисептика и асептика окончательно утвердились в хирургии, акушеры получили возможность сосредоточиться на совершенствовании техники выполнения кесарева сечения. В 1876 г. итальянский профессор Эдуард Порро предложил параллельно с проведением кесарева сечения проводить удаление матки, тем самым предупреждая кровотечение и развитие генерализованной инфекции. Это позволило снизить частоту послеоперационного сепсиса и смертность до 25%. Однако вскоре от этой методики отказались, так как была разработана техника наложения швов на матку. В 1882 г. М. Саумлнгер из Лейпцига (Германия) осуществил наложение швов на матку на практике. Для этого он предложил использовать серебряные проволочные швы.

В дальнейшем продолжалось усовершенствование хирургами техники проведения кесарева сечения. В 40–50–е годы XX века кесарево сечение составляло 3,5–4% случаев в мире. В 70–80 годах – 4–5%. Сейчас этот процент неуклонно растет. В США он составляет 15–20%, в Санкт–Петербурге – 10–12%. Тем не менее, кесарево сечение является операцией, а каждая операция имеет свой операционный риск.

Поделитесь статьей в социальных сетях

Предыдущая статья

Следующая статья

«Уже собирали все документы для морга»: рассказываем чудовищную историю 22-летней девушки, которая едва не умерла после хирургического вмешательства в перинатальном центре

Как всё началось

22-летняя Настя Синотова из Озинок забеременела в 2017 году. По словам девушки, отец ребенка отказался от него, как только узнал о беременности.

Несмотря на это, Настя решила рожать и в июне 2018 года встала на учет. Девушка признает, что сделала это поздно, когда срок был 33 недели.

В Озинках у нее взяли все необходимые анализы, а в платной клинике в Энгельсе она сделала УЗИ.

Никаких патологий и отклонений не выявили. «Стоял вопрос, где рожать: по направлению в областном перинатальном центре, или договориться с врачом в другом роддоме. Отзывы про перинатальный центр были хорошие, поэтому я решила рожать там», — пояснила Настя.

В конце июля в Озинках девушку осмотрели и сказали, что началось раскрытие матки. Поэтому её направили в Саратов уже к 8 августа, так как, по словам Насти, в поселке нет нужных специалистов. В установленный срок она приехала в перинатальный центр (улица Рабочая, 144). Предполагалось, что роды будут самостоятельные.

Роды

Настя должна была рожать 22–23 августа, но в назначенные даты схватки не начались.

«Конечно, такое бывает. Примерно 25–26 августа я почувствовала схватки, но мне сказали, что они „тренировочные“. Примерно 30 августа мне снова сделали УЗИ — выяснилось, что плод крупный. Врач мне сказал: „Не переживай, надрывы будут, но все равно попробуешь родить сама, тренируйся правильно дышать“. Речь про кесарево сечение не шла», — отметила девушка.

Сильные схватки начались 1 сентября. Это была суббота, выходной день, и врача, который вел беременность, в тот момент в учреждении не было.

«Было принято решение идти рожать. Сначала мне прокололи пузырь, чтобы отошли воды. Потом поставили капельницы.

И тут откуда-то появляется мужчина (позже я узнала, что его зовут Владислав Олегович Бахмач, он был дежурным врачом) и говорит, что есть угроза жизни ребенку, мол, надо делать кесарево сечение. Только потом выяснилось, что это „из-за клинически узкого таза“, что можно было диагностировать намного раньше.

Впрочем, я не возражала. Мне принесли две бумажки, которые необходимо было подписать — якобы согласие на операцию. Из-за сильных схваток я не особо понимала что происходит и всё подписала».

Спустя несколько часов Насте сообщили, что операция прошла успешно, и поздравили с рождением дочки. Девушка обрадовалась, она постепенно отходила от наркоза.

Читайте также:  Плодное яйцо: размеры по неделям беременности, причины отклонений

Что-то пошло не так

Утром следующего дня Насте показалось странным. Соседка по палате, перенесшая аналогичное вмешательство, ходила уже очень бодро, а ей это давалось тяжело.

«На тот момент подумала, что главная причина — первые роды, а у нее вторые. Так сказать, впервые меня ножом порезали, вот и тяжело. Тем не менее я ходила, хотя боли были сильные. Меня перевели в обычную палату».

На следующий день, по её словам, в палату на кормление принесли детей. Настю всё еще беспокоили боли внизу живота. Рожениц повели на обработку шва. Девушке снова было тяжело идти.

«Смотрю, другие роженицы ходят живо на вторые сутки после кесарево, а мне плохо. Даже пропал аппетит. На третьи сутки пришел Бахмач, который делал мне операцию. Он рассказал о прививках для ребенка и сразу ушел. В тот же день я почувствовала, что от меня появляется неприятный запах. Мне было очень неловко.

Я чистюля, душ принимала два раза в день. И медсестры начали ругаться, мол, я не моюсь. На четвертые сутки с утра до обеда я просто умоляла уколоть мне обезболивающее. Когда перевязывали, медперсоналу приходилось на руках меня поднимать — сама я не могла.

Они опять же ругались и говорили, что я притворяюсь, придуряюсь», — вспоминала Настя.

Утром 5 сентября, по её словам, врачи принесли бумагу для выписки и попросили позвонить родным, чтобы они забрали девушку. Настя не отступала и вновь заявила, что её беспокоят боли.

«Медперсонал ответил, что якобы „всё пройдет“. Но я уже тогда понимала, что если на следующий день боли не прекратятся, то пойду к главврачу, потому что медсестры на меня никак не реагируют. На пятый день моя соседка по палате пеленала моего ребенка, так как мне было очень плохо — кружилась голова, меня шатало. К обеду начался озноб. Под вечер мне померили температуру — 37,6».

После этого её все же решили осмотреть. По словам девушки, врачи заверили, что она простудилась, от чего и был озноб. Тем не менее для безопасности Настю перевели в изолированную палату.

«Здесь мне поставили капельницу и дали горшок. Сказали: „Когда капельница закончит капать, закрой катетер, чтобы воздух не попадал, и позови персонал“.

И еще какая-то медсестра сказала, что надо было в церковь ходить и крестик с собой носить, тогда бы ничего со мной не случилось. Также предложили, чтобы я попросила родных поставить за меня свечку в храме.

В общем, когда капельница закончила капать, и я начала звать, ко мне так никто и не пришел».

Утром Настя почувствовала кратковременное облегчение. Когда боли вернулись, а состояние значительно ухудшилось, вызвали хирурга из областной клинической больницы (далее — ОКБ). Хирург заявил, что девушку нужно срочно переводить туда. Настю попросили собраться и переодеться.

«Я нагнулась, чтобы застегнуть халат, и почувствовала, что из меня что-то полилось. Оказалось, разошелся шов. Я попросила тряпочку, чтобы положить на шов (иначе халат бы прилип), но мне, конечно, никто ничего не дал. К счастью, мне помогли спуститься, донесли пакеты.

И тут новый сюрприз — нет ни одной „скорой“, чтобы меня перевезти в ОКБ. Хорошо, что какой-то молодой человек предложил довезти меня на личном автомобиле. Он даже постелил подушки на заднее сиденье. Я уехала, ребенок остался в перинатальном центре.

Его позже должны были забрать мои родители», — пояснила Настя.

Дни в областной больнице

Как только Настю привезли в ОКБ, её сразу усадили в инвалидную коляску — самостоятельно передвигаться она уже не могла. По воспоминаниям девушки, когда её посадили на гинекологическое кресло и начали прощупывать живот, брызнул фонтан гноя.

«Он облил все халаты, после этого их пришлось сразу выбрасывать. Меня накрыли простыней и отвезли в операционную. Больше я почти ничего не помню. Помню только, как подходили врачи — вынимали или вставляли какие-то трубки. Врач Петр Михайлович Станишевский, как только увидел меня, сообщил, что нужно „срочно в операционную“.

Когда очнулась после операции, у меня изо рта, из носа, из живота торчали трубки. Примерно двое суток прошли в режиме „открою-закрою глаза“. Затем ко мне пришел Станишевский и сказал, что трубку из живота уже можно убрать. Первые два часа чувствовала себя нормально, а потом началась тошнота. Целый день меня тошнило. И опять меня везут на операцию.

Когда отошла от наркоза, почувствовала, что стало легче, я начала общаться с докторами».

По словам девушки, врачи удивлялись, что она выжила. Трудно представить, что пришлось пережить её родителям, которым не давали никаких положительных прогнозов.

«Медсестры сказали что-то вроде: „Честно, когда мы первый раз оперировали, твой пульс был настолько маленький, что все боялись — вот-вот сердце остановится, и тело повезут в морг“.

К слову, тогда действительно никто не думал, что я выживу — уже собирали все документы для морга.

Грубо говоря, тогда в перинатальном центре, подписывая бумагу на согласие на кесарево, я сама себе подписала смертный приговор», — подчеркнула она.

В ОКБ Настя пролежала до 28 сентября 2018 года, а затем её перевели в Озинскую районную больницу —  там она пробыла еще две с половиной недели.

Что произошло на самом деле

А на самом деле с Настей произошла чудовищная история. Как рассказала её адвокат Светлана Мосейчук, в ОКБ девушка поступила с перитонитом, абсцессом и сепсисом. Состояние оценили как тяжелое.

«Она была подключена к аппарату искусственной вентиляции легких. Насте полностью удалили матку и маточные трубы. Теперь она больше никогда не сможет иметь детей. Трубки в животе, о которых сказала Настя, предназначались для санации брюшной полости. Ей „чистили“ организм и делали переливание крови», — объяснила произошедшее Мосейчук.

Адвокат уверена, что проблема не только в безразличном отношении врачей перинатального центра, которые изначально не придали значения жалобам Насти. Мосейчук недоумевает от того, что на пятые сутки медики якобы не заметили перитонит, абсцесс и расхождение швов, хотя проводили обследование.

«Только когда её состояние стало совсем тяжелым, решили экстренно перевести в областную больницу. Там сразу диагностировали этот „букет“ заболеваний и, конечно, никаких прогнозов не давали.

Кроме того, наблюдались анемия, спонтанное дыхание, живот был очень сильно увеличен в объеме. Медики были шокированы, откуда у нее мог взяться сепсис? Оказывается, был дефект матки справа на 1,5 сантиметра — её там попросту не зашили.

Был и дефект передней брюшиной стенки, то есть её задели скальпелем во время кесарево сечения», — описала адвокат.

Женщина уверена, что печальных последствий можно было бы избежать, если бы врачи перинатального центра вовремя и тщательно проверили состояние пострадавшей.

«Когда Насте делали вторую операцию, врачи сразу провели прижизненную патологоанатомическую экспертизу и установили возможную причину смерти. Чтобы не делать повторное вскрытие, если Настя бы умерла», — добавила Мосейчук.

Настя вспоминает, что её родителям врачи сразу сказали, что надежд никаких нет, и стоит готовиться к худшему. В тот момент у её бабушки начались проблемы с сердцем.

Суд

Настя и её адвокат Светлана Мосейчук обратились в суд в апреле 2019 года. Они подали иск о компенсации морального вреда на два миллиона рублей. В рамках судебного заседания назначили экспертизу.

Её проводило Бюро судебно-медицинской экспертизы (БСМЭ) Пензы. Были истребованы все документы, все анализы.

Были заданы вопросы касательно причинно-следственной связи между действиями врачей перинатального центра и последствиями в виде диагностированных у Насти заболеваний.

«На наши вопросы были получены утвердительные ответы — эксперты выявили прямую связь. Более того, выяснилось, что Насте после кесарево даже не провели антибиотикотерапию. Хотя антибиотики должны назначать после оперативного вмешательства. Были выявлены и другие нарушения со стороны перинатального центра», — сказала Мосейчук.

Судебное заседание прошло 30 октября этого года. По словам адвоката, на нем присутствовал Бахмач, участвовавший в проведении кесарева сечения. Настя надеялась, что он хотя бы извинится за то, что случилось.

«Но он, видимо, даже не собирался этого делать. Задала ему вопрос, почему он не зашил 1,5 сантиметра на матке? Бахмач уверял, что на этом месте швы якобы рассосались.

Когда его спросили про дефект на брюшине, он ответил, что якобы по новым технологиям брюшину можно не зашивать. И начал ссылаться на то, что „так в Европе делают повсеместно“.

На вопрос о том, при каких обстоятельствах после кесарево назначаются антибиотики, он ответить не смог», — описала судебное заседание Мосейчук.

По словам Насти, в ходе разбирательства представители перинатального центра заявили, что у нее был обнаружен стафилококк. Как рассказала девушка, сотрудники роддома уверяли, будто все страшные болезни могли образоваться «за считанные часы».

«Медики настаивали, что у Насти вообще могла быть язва, которая якобы могла обостриться после кесарева сечения и послужить причиной развития сепсиса. Однако Настя уверяет, что никаких язв у нее никогда не было. Тем не менее эксперты БСМП пришли к выводу, что была стрессовая язва, которая возникла уже на фоне критического состояния Насти», — уточнила адвокат.

Исковые требования удовлетворили частично — суд постановил взыскать в пользу Насти 800 тысяч рублей моральной компенсации и 10 тысяч рублей на оплату услуг адвоката.

Что происходит сейчас и кого наказали

После случившегося в ноябре 2018 года Настя написала письмо в министерство здравоохранения Саратовской области. «Через месяц мне позвонили из гинекологического отделения Озинской районной больницы.

Сказали, что их очень сильно ругали из-за произошедшего.

Но они-то ни в чем не виноваты! Проверку почему-то прислали в Озинки, а не в перинатальный центр», — возмутилась девушка и добавила, что никакой ответ от минздрава она не получила.

Сейчас Настя продолжает регулярно ходить по больницам. Она вынуждена будет на протяжении всей жизни принимать гормональные препараты и больше никогда не сможет родить ребенка. До сих пор она носит корсет из-за болей в спине. Без него Насте тяжело ходить.

Дочь назвали Ксюшей, сейчас ей уже больше года. И единственное, за что потерпевшая благодарна врачам перинатального центра — это за живого и здорового ребенка.

Настя говорит, что в этом деле материальная компенсация имеет самое малое значение. Девушка намерена добиваться отстранения Бахмача от работы и возбуждения в отношении него уголовного дела.

Главный врач  ГУЗ «Перинатальный центр» Сергей Архангельский в беседе с корреспондентом ИА «Версия-Саратов» сообщил, что знает о решении суда и взыскании компенсации морального вреда с медучреждения.

«Лечебное учреждение вслед за этим выставляет иск тем, кто был причастен к произошедшему.

У этих лиц денежные суммы будут удерживаться из заработной платы», — пояснил главврач и добавил, что хирург Бахмач, принимавший участие в операции, уволился с 1 октября и теперь работает в другом медучреждении.

Нам удалось связаться и с Владиславом Бахмачом. Он заявил, что суд «расставил всё на свои места» и попросил перезвонить позже, так как был занят. Спустя час мы вновь позвонили ему. «Есть решение суда, там четко всё прописано.

Давать комментарии я не буду. Единственное, я хочу вас предупредить, предостеречь. Вы, пожалуйста, будьте осторожнее с этой темой.

Потому что тема достаточно скользкая, и если вы будете искать персон, ну, не обожгитесь, пожалуйста», — сказал Бахмач.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector